Коллегия адвокатов «ДВ-АДВОКАТ»

ОЛЕСЯ ФЕДЧЕНКО   
Президент коллегии адвокатов «ДВ-АДВОКАТ»

 

АНГЕЛИНА СВИДЕРСКАЯ
Адвокат, первый заместитель президента коллегии адвокатов «ДВ-АДВОКАТ»

 

КАЖДАЯ ДЕТАЛЬ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ

«Наша коллегия существует уже почти три десятилетия, с 1994 года. Ранее коллегия носила название «Литовкин и партнеры», а после ухода основателя мы сменили наименование на «ДВ-АДВОКАТ». С 2021 года коллегия доверила мне пост президента.

 

Я — первая женщина на этом месте за всю историю, и, скажу честно, это очень ответственно. Коллегия адвокатов — это не просто вывеска, это живой организм, в котором каждый отвечает не только за себя, но и за общее дело. Нам удалось собрать команду профессиональных адвокатов с уникальным опытом и специализацией в различных областях права, что позволяет коллегии оказывать юридическую помощь — от сложных арбитражных споров до защиты по уголовным делам», — Олеся Федченко,
президент коллегии адвокатов «ДВ-АДВОКАТ».

 

Текст: Ольга Шевченко
Стиль: Елена Баскакова @helenachery
Макияж и укладка: Елена Рудницкая @elena_makeup_ru

 

Не каждый юрист является адвокатом, но каждый адвокат является юристом.

 

Для того чтобы стать адвокатом, недостаточно диплома о высшем юридическом образовании. Необходимо иметь два года стажа работы по юридической специальности, сдать квалификационный экзамен, который состоит из двух этапов: компьютерное тестирование и собеседование, перечень вопросов к которому утверждается Федеральной адвокатской палатой. Адвокатская деятельность регламентирована Кодексом профессиональной этики адвоката, за несоблюдение которого органы адвокатского сообщества могут подвергнуть адвоката дисциплинарному взысканию, вплоть до лишения его статуса. Все сведения, сообщенные адвокату обратившимся к нему за помощью человеку, составляют адвокатскую тайну, которая не подлежит разглашению. Адвоката нельзя допросить как свидетеля по обстоятельствам, ставшим ему известными в ходе оказания юридической помощи. У адвоката есть особые инструменты для работы — адвокатские запросы, игнорирование которых карается административной ответственностью.

 

Президент коллегии адвокатов «ДВ-АДВОКАТ» Олеся Федченко — о том, как дополнительные работы становятся приговором, почему прокурор приходит, когда все уже построено, и зачем строителю диплом экономиста.

 

Олеся, вы поделились, что последние годы сознательно ушли в арбитражные дела, а внутри них — в строительные подряды с государством. Это же, наверное, самые сложные дела в расчетах?

 

Государственные и муниципальные контракты — это не только про качество бетона. Это про документооборот в условиях тотального недоверия. Подрядчик приходит на объект, а там бывает много скрытых работ, которые не учтены в контракте и могут стоить миллионы. И вместо того, чтобы строить, он начинает воевать с бюрократией. Вскрыли пол — там плита, которую надо демонтировать; пошел дождь — грунт размок, нужна замена. Но закон (44-ФЗ) жестко ограничивает: любое изменение цены контракта не может превышать 10% от начальной стоимости. А реальные дополнительные работы часто тянут на 20—30% от первоначальной стоимости.

 

Если ты как добросовестный подрядчик видишь препятствие, ты обязан написать письмо: «Уважаемый заказчик, на объекте обнаружена незапланированная плита, прошу согласовать выполнение дополнительных работ, вот смета, вот сроки». Пока он согласовывает — уходит месяц. Сроки контракта горят. В таких случаях следует приостановить работы. Иначе ты просто будешь делать эту работу за свой счет. Сдаешь объект, предъявляешь акт на дополнительные работы, а заказчик говорит: «Это не согласовано дополнительным соглашением, мы не платим». Суды в этой ситуации становятся на сторону заказчика и не удовлетворяют требования о взыскании денег за проведенные дополнительные работы. 

 

Расскажите на примере. Вы упоминали историю со школой в отдаленном поселке. Там все было настолько драматично, что вмешался даже прокурор.

 

Опишу подробно. Есть школа, в которой предыдущий подрядчик провалил сроки, — зима, окон нет, трубы лопнули. Вводится режим чрезвычайной ситуации (ЧС) районного уровня. Это позволяет администрации заключить контракты без торгов, чтобы спасти объект. Мой доверитель получает два контракта: сначала на восстановление инженерных систем, потом на финишный ремонт: окна, двери. Все делается в ноябре — марте, в ускоренном темпе, под личную ответственность. Наступает апрель — дети за партами, школа работает. А в конце января, когда объект почти готов, прокуратурой подан иск о признании недействительным первого контракта! Аргумент: ЧС была объявлена, но не для того, чтобы нанимать подрядчика на весь комплекс, — формально ЧС касалась только аварийных работ, а второй контракт уже должен был проходить торги. И накладываются обеспечительные меры: приостановка работ и заморозка платежей. Мы доказывали в суде, что это единый технологический процесс. В ходе дела прокурор сам отказался от иска.

 

Вы упомянули, что учились на экономиста. Как это конкретно помогает в таких запутанных расчетах?

 

Самое ценное — это внимание к цифрам и умение работать с локальными сметами (формы КС-2, КС-3). Там сотни позиций: материалы, трудозатраты, коэффициенты. Я смотрю как бухгалтер: проверяю, совпадают ли объемы, правильно ли применены индексы пересчета, нет ли двойного счета. В одном уголовном деле, где моего доверителя обвиняли в мошенничестве, мы доказывали его невиновность, просто пересчитав каждый пункт сметы и показав, что замена материалов была согласована, а разница в цене — результат оптимизации цены контракта.

 

А как вы строите защиту, когда заказчик просто отказывается платить за уже выполненные допработы, ссылаясь на отсутствие допсоглашения?

 

Во-первых, необходимо подписать дополнительное соглашение на дополнительные работы, работы до согласования приостановить. Иногда заказчик согласовывает и даже просит выполнить эти работы, но соглашение по ним так и не заключает, несмотря на свои обещания. Что делать? Здесь важно сохранить всю переписку с заказчиком, она поможет доказать в суде необходимость выполнения этих работ, а самое главное — наличие волеизъявления заказчика на их выполнение.  Судья видит: да, формально допсоглашения нет, но без этих работ объект не ввели бы в эксплуатацию и бюджет понес бы еще большие потери для его восстановления.

 

То, как гражданско-правовые отношения по контрактам (сроки, качество, переданные деньги) могут перейти в уголовную плоскость, прокомментировала адвокат Ангелина Свидерская.

 

Ангелина, где та самая тонкая грань, когда обычный гражданско-правовой спор по госконтракту превращается в уголовное дело?

 

Исходя из складывающейся судебной практики, в строительной сфере эта грань не очевидна. И главная опасность в том, что подрядчик часто даже не подозревает, что его действия или бездействие уже попали в поле зрения правоохранителей. Самый распространенный состав преступления, который вменяется органом следствия, — это статья 159 УК РФ, которая предусматривает ответственность за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием. Когда следствие считает, что ущерб причинен на сумму от 1 000 000 рублей, такое мошенничество считается уже тяжким преступлением. При этом стоимость контрактов в строительстве, как правило, эту сумму значительно превышает.

 

Какие действия подрядчика следствие считает мошенничеством? Ведь обычно это просто задержка сроков или замена материалов, не так ли?

 

Например, когда срыв сроков исполнения контракта был обусловлен тем, что подрядчик заведомо знал, что не успеет, но взял деньги и аванс. Или использование материалов дешевле, чем заложено в смете: по документам должен быть утеплитель по одной цене за квадратный метр, а по факту — аналог за меньшую стоимость. Разница в цене умножается на тысячи квадратных метров — и вот вам уже хищение на десятки миллионов. В данном случае имеет существенное значение, как правило, ряд обстоятельств: что замена материалов была согласована, что качество не пострадало, а объект введен в эксплуатацию. Главное в данном случае — доказать, что эти правоотношения носят гражданско-правовой (договорной), а не криминальный характер.

 

А что бы вы посоветовали предпринимателю, который только планирует участвовать в торгах и хочет избежать этих рисков с самого начала?

 

Первое — провести качественную предварительную проверку. Нанять сметчика, который проверит локальную смету до подписания контракта, привлечь специалиста, который лично осмотрит объект на предмет его фактического состояния и соответствия сметным расчетам. Сохранять переписку с заказчиком. При этом каждый шаг, каждое изменение, каждое устное пожелание заказчика немедленно фиксировать письменно и направлять на подписание.

 

А как подрядчику защититься, если дело уже возбуждено?

 

Своевременно воспользоваться юридической помощью. По уголовному делу для осуществления защиты адвокат приглашается самим человеком, а также другими лицами по поручению или с согласия последнего. Если же адвокат ими не приглашен, то следователь обеспечивает участие защитника в уголовном судопроизводстве, то есть назначает ему адвоката, оплата вознаграждения которому производится за счет средств федерального бюджета. При этом следователь обязан обеспечить участие адвоката с момента приобретения лицом соответствующего статуса подозреваемого или обвиняемого, например с момента задержания, предъявления обвинения или возбуждения уголовного дела. Адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого или обвиняемого. Это правило подчеркивает независимость адвоката от давления общества или государства и направлено на обеспечение соблюдения прав граждан, чтобы человек не остался без юридической помощи в сложный момент.

 

Фёдор Плевако: «За прокурором стоит закон, а за адвокатом — человек со своей судьбой, со своими чаяниями, и этот человек взбирается на адвоката, ищет у него защиты, и очень страшно поскользнуться с такой ношей».